Вице-президент Российской академии наук и научный руководитель химического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова Степан Калмыков выступил на международной конференции SKIF-2026 в Новосибирске с прогнозом о том, что через 25-30 лет смертность от устойчивых к антибиотикам бактерий может превысить показатели онкологических заболеваний. По его словам, антибиотикорезистентность способна выйти на уровень одной из ведущих угроз для здоровья населения планеты.
«Через 25-30 лет от антибиотикорезистентности будет умирать больше, чем от онкологии», — приводит слова учёного РИА Новости. Калмыков пояснил, что под антибиотикорезистентностью понимается способность бактерий сохранять жизнеспособность и размножаться даже при применении антибактериальных препаратов. Из-за этого лекарства теряют эффективность, а лечение даже распространённых заболеваний может осложняться.
Среди главных причин распространения проблемы специалист назвал бесконтрольное использование антибиотиков в медицине и сельском хозяйстве. В животноводстве такие средства нередко применяются не для лечения, а для профилактики и стимулирования роста животных, что создаёт дополнительный резервуар устойчивости. Кроме того, люди иногда назначают антибиотики себе самостоятельно, меняют дозировку или преждевременно прерывают курс, что также способствует появлению так называемых супербактерий.
По словам вице-президента РАН, устойчивость микроорганизмов к лекарствам входит в число приоритетных вопросов биологической безопасности, которые обсуждают национальные академии наук стран БРИКС и БРИКС+. Среди других глобальных угроз он выделил неконтролируемое распространение новых вирусов и бактерий. Калмыков также отметил важность международного сотрудничества в сфере охраны окружающей среды, климатических исследований и энергетики. Ещё одним приоритетом учёный назвал продовольственную безопасность, тесно связанную с борьбой с бедностью, в частности в странах Африки и Латинской Америки.
Антимикробная резистентность уже признана Всемирной организацией здравоохранения одной из десяти главных угроз общественному здоровью. По оценкам исследования GRAM, опубликованного в The Lancet, в 2019 году с устойчивостью к антибиотикам были напрямую связаны около 1,27 млн смертей, а ещё примерно 4,95 млн смертей были ассоциированы с этим фактором. Более поздние расчёты за 2021 год дают порядка 1,14 млн прямых и 4,71 млн ассоциированных смертей. Прогнозы на 2050 год варьируются от 1,9 млн прямых смертей до сценария, в котором с антимикробной резистентностью будет связано до 8,2 млн смертей ежегодно. Часто цитируемая оценка в 10 млн смертей к 2050 году восходит к докладу Джима О’Нила 2016 года и остаётся ориентиром для политики, хотя методологически это не единственный возможный сценарий.
Для сравнения: от онкологических заболеваний в мире, по оценкам ВОЗ, ежегодно умирает около 10 млн человек. Поэтому сравнение Калмыкова корректно скорее как указание на масштаб угрозы и риск выхода антимикробной резистентности в лидеры смертности, чем как точный эпидемиологический прогноз. Многое зависит от методики подсчёта «смертей от» и «смертей с» резистентностью, доступности новых препаратов, качества диагностики и скорости распространения устойчивых штаммов.
Проблема имеет и экономическое измерение: устойчивые инфекции удлиняют госпитализации, требуют более дорогих препаратов и увеличивают нагрузку на систему здравоохранения. Поэтому обсуждение антимикробной резистентности на уровне национальных академий наук выходит за рамки чистой микробиологии — в повестку входят биобезопасность, продовольственные системы, климат и энергетика. Для России и стран БРИКС+ это означает необходимость общей системы мониторинга, обмена данными и координации исследований.
Международная конференция SKIF-2026 («Синхротронные исследования: наука, знания, инновации, будущее») открылась в Новосибирске 18 октября и продлится до 23 октября. На мероприятие зарегистрировались более 700 учёных из России, США, Китая, Казахстана, Республики Корея и других стран. Синхротронные методы, которые обсуждаются на конференции, важны и для борьбы с антимикробной резистентностью: они позволяют изучать структуру бактериальных белков и механизмы устойчивости, а значит, ускоряют поиск новых лекарств и диагностических систем.
Заявление Степана Калмыкова стоит воспринимать как сигнал о приоритетах научной и регуляторной повестки, а не как окончательный прогноз. Даже если сроки и масштаб сравнения с онкологией остаются дискуссионными, направление риска очевидно: без сдерживания нерационального использования антибиотиков, развития диагностики и поддержки разработки новых препаратов устойчивость бактерий будет усиливаться.
